RSS

Ралинда и Корумнель

Ралинда и Корумнель

по мотивам бр. Гримм

(это не стёб, хотя отдельные стёбные элементы тут всё же есть. Они сами просочились, я не виноват)

Стоял когда-то на острове замок, и жил в том замке только один старик Шуль, и был он всем колдунам колдун. Днем превращался в медведя с человеческими руками, а вечером принимал опять свой прежний человеческий вид. Он умел приманивать всяких зверей и птиц, убивал их и скармливал своим цветочкам. Если кто подходил на сто шагов к этому замку, тот останавливался, как вкопанный, и не мог сдвинуться с места, пока он не снимал с него заклятья; если же входила в тот заколдованный круг добрая юная девушка типа Любящей, колдун обращал ее в птицу, запирал в клетку и уносил в одну из комнат замка. Так собрал он в замке целых семь тысяч клеток с разными диковинными птицами. А жила-была в ту пору девушка, звали ее Ралиндой, и была она прекрасней всех остальных девушек на свете (хотя у Муркока ничего об этом не написано, но предположим). Посватался за нее Корумнель, и это были предбрачные дни — и весело, радостно было им вместе. И вот, чтобы поговорить наедине /а может, и не только для этого /, пошли они раз погулять в лес. — Только смотри, — говорит ей Корумнель, — к замку близко не подходи. А вечер был хороший, ярко светило солнце сквозь деревья в темную лесную зелень, и жалобно пела горлинка над старыми буками. Ралинда несколько раз принималась плакать, потом села она на солнышко (интересно, как можно сесть «на солнышко»? На солнышке — это я еще понимаю… а чтобы на солнышко сесть, надо, как минимум, до него долететь. Ну и, опять же, горячо-то, наверно, будет?..) и пригорюнилась. Корумнелю тоже стало грустно. И были они так печальны, будто предстояла им близкая смерть (это они еще с Ариохом, Маблоудом и Ксиомбарг не сталкивались). Они оглянулись — видят, что заблудились, не знают, как найти им теперь дорогу домой. А солнце еще не зашло за горы, но скрылось уже наполовину за вершинами. Глянул Корумнель сквозь заросль лесную, видит — стоят перед ним уже близко-близко старые стены замка. Испугался он и замер на месте. А Ралинда шагнула вперед… и мигом обернулась соловьем. Ночная сова с горящими глазами, похожая на урсина с человеческими руками, трижды облетела вокруг соловья и трижды ухнула: «угу-угу-угу». И не мог Корумнель сдвинуться с места, стоял, точно вкопанный, — ни плакать, ни слова молвить, ни рукою пошевельнуть, ни ногой двинуть. Вот закатилось и солнце. Улетела сова в лесную чащу, и вышел тотчас оттуда горбатый старик, желтый да худой; большие красные глазища, нос крючком до самого подбородка. Проворчал он что-то себе под нос, поймал соловья и унес с собой на руке. И слова вымолвить не мог Корумнель, и с места не сойти ему было: пропал соловей. Вернулся, наконец, старик… Освободился от чар Корумнель. Упал он перед стариком на колени, взмолился, чтобы вернул он ему назад Ралинду. Но старик ответил: — Никогда тебе больше не видать Ралинды, быть ей моею, — и ушел. Он кричал, горько плакал и горевал, но все было понапрасну. «Ах, что же мне делать теперь?» — И ушел Корумнель оттуда и попал, наконец, в какую-то чужую надрагскую деревню; там долгое время он пас овец. Он часто бродил вокруг замка, но близко к нему никогда не подходил. И вот приснился ему ночью сон, будто нашел он Чёрный Клинок, а на эфесе его большую, прекрасную жемчужину, и пошел с ним к замку, и к чему он ни прикасался тем цветком, все освобождалось от злых чар; и увидел он там Ралинду, живую и здоровую, румяную и веселую. Тогда пробудилась в нем опять надежда. Проснулся он утром и стал искать по полям и горам, не найдется ли где Чёрный Клинок. Он все искал, и на девятый день нашел в одной пещере Клинок, и была у него на эфесе большая жемчужина. Корумнель понимал, что все это хитрости бога Ариоха, и, взявши Клинок, он — вероятнее всего — станет навсегда его рабом; но он также хорошо понимал, что, кроме него, Ралинду вряд ли кто-то спасет. А потому взял он этот Клинок, и шел с ним целый день и целую ночь в сторону замка. Он подошел к нему на сто шагов, и никто его не остановил, и вот подошел он к самым воротам. Сильно обрадовался Корумнель, прикоснулся Клинком к воротам — и распахнулись они перед ним. Вошел он, идет через двор, прислушивается, не слыхать ли где птичьего пения; и услышал он вдруг птичьи голоса. Он отправился дальше и нашел зал, а в нем колдуна, и увидел, что он кормит птиц в своих семи тысячах клеток. Как увидел он Корумнеля, рассердился, сильно разгневался, стал браниться, плевать на него ядом и желчью, а также лимфой и слизью, ну, а подступиться к нему и на два шага был не в силах. А он на него и не смотрит, идет себе по залу, осматривает клетки с птицами; и видит он много сотен соловьев в клетках, но как найти ему свою Ралинду? Присматривается он и замечает, что Шуль тайком достает одну клеточку с птицей и несет ее к двери. Мигом прыгнул он за ним, дотронулся Клинком до клеточки и до старика-колдуна; тут потерял Шуль свою колдовскую силу (а вместе с ней — и душу); и вот явилась перед вадагом Ралинда; она бросилась к нему на шею, и была она такая же красивая, как и прежде. И он обратил тогда всех остальных птиц в девушек и воротился домой со своей Ралиндой, и жили они счастливо долгие-долгие годы.

 

Обсуждение закрыто.

 
%d такие блоггеры, как: